Макарычев А.С.,
профессор кафедры международных отношений и политологии
НГЛУ
Школа конструктивизма исходит из того, что процесс регионостроительства
невозможен без мощной интеллектуальной составляющей. Агентами этого процесса
конструктивисты считают «интеллектуалов действия», то есть экспертов,
стремящихся конвертировать свои научные знания в политическое влияние. Научная
элита в рамках этого направления рассматривается в качестве противовеса
официальной власти, склонная к более глубокому пониманию сути процессов
территориальной динамики. Интеллектуальными «локомотивами» многих инициатив в
этой сфере становятся так называемые транснациональные «эпистемологические
сообщества», состоящие из учёных, экспертов, специалистов в области
регионализма и безопасности, политических советников и профессиональных
консультантов.
Национальные и субнациональные политико-академические
комплексы имеют потенциал к трансформации (с различной скоростью и в разной
степени) в транснациональную "элиту знания". Происходит сложный и
неоднозначный процесс приспособления региональных и национальных
политико-академических комплексов к меняющимся функциям политического знания в
современном обществе. Региональные политико-академические комплексы постепенно
входят в международные "сети" и информационные "потоки".
Этот процесс интернационализации знания может служить одной из иллюстраций
тесного взаимодействия между региональным и глобальным уровнями организации
профессиональных сообществ.
Конструктивистский подход трактует регионализм
как вид социальной рефлексии, отталкивающийся от доминирующих на настоящий
момент (и способных видоизменяться) представлений об идентичности и чувстве
территориальной общности. Как одна из реакций на это в
Западной Европе большое распространение получила концепция «возникающего
регионализма» (emerging regionalism).
Регионализм как «конструируемое» явление не может быть
оторванным от дискурсного контекста. В его рамках можно выделить два типа
дискурса:
|
Когнитивные идеи |
Нормативные идеи |
|
Принимают форму концепций, стратегий, доктрин и программ регионального развития |
Принимают форму имиджей, символов, стереотипов и метафор |
|
Основаны на рациональных, аналитических подходах |
Содержат сильные эмоциональные и эстетические компоненты |
|
Являются продуктом экспертизы |
Являются продуктом интерпретаций и субъективных «прочтений» тех или иных процессов и событий |
|
Ориентированы преимущественно на
политическую элиту |
Ориентированы на общественные группы, склонные к восприятию иллюзий и мифов |
|
Обеспечивают политические новации |
Придают легитимность политическим
акциям |
|
Нацелены на моделирование будущего |
Имеют сильные исторические и ретроспективные смысловые коннотации |
|
Базируются на научных аргументах |
Носят риторический характер |
В целом, конструктивизм контекстуализирует понятие
«регион», делает его гибким, «мягким», адаптируемым и подлежащим множеству
интерпретаций. Не случайно в мире получила столь широкое хождение концепция
«изобретения» новых форм регионализма (invention).
Регионализм, таким образом, тесно связан с
формированием мифов, символов и идеологий. Социально конструируемыми являются и
такие понятия, как идентичность, национальность, гражданство, региональная
политическая культура, и др. Наиболее активные региональные власти заняты
поиском «региональной идентичности», а в ряде случаев - даже «региональной
идеологии». Активизация этих поисков приходится на периоды предвыборных
кампаний, в ходе которых появляется особый спрос на контрастно-презентационную
риторику. Как правило, эти попытки носят символический характер и приводят к
распространению стереотипов и мифов. Так, Санкт-Петербург привычно именуется
«культурной столицей России», Новгород - «колыбелью русской демократии»,
Калининград - «западными воротами России» и «Янтарным краем», Нижний Новгород –
«карманом России» или «российским Детройтом», и т.д. Составной частью подобной
риторики в исполнении региональных элит стали стремления в выгодном свете
представить ситуацию в своём регионе по контрасту с другими субъектами
федерации.